Мэлори Блэкмен - Доктор Кто. 11 историй (сборник)

– Откуда ты узнал про Рани?

– По ее крылатым визитным карточкам. Я уже видел ее творения раньше, и тех, кого она разводила, мы встретили их на улице, и тех, которых создала генной инженерией, как этих бедняг, лежащих на полу. Золотой блеск чешуи – любопытный побочный эффект…

Он умолк и нажал пару кнопок, читая появившийся на мониторе текст.

– Я, конечно, мог списать это на совпадение, пока не услышал все эти слова про «умную и интеллигентную» невесту с другой планеты. Лично я не стал бы описывать ее этими словами, но она гениальный ученый… Так что, полагаю, убедить других в своей доброте для нее было не намного сложнее, чем модифицировать геном рептилий.

– Но зачем она это делает? – спросила я, стоя рядом с ним. Он прокручивал текст по экрану монитора, но я в нем практически ничего не понимала. – Как, ради всего святого, могут быть связаны птеродактили и обман человека с целью женить его на себе?

– Обман? – переспросила Вира и подняла голову, хотя до этого сидела, уткнувшись лицом в колени. – Что вы имеете в виду?

В ее глазах светилась прежняя любовь, и это зрелище тронуло меня.

– Как я тебе уже говорила, Лания – не та, за кого себя выдает. Она обманула всех вас, это было частью ее плана, чтобы Йонос на ней женился.

– Но зачем ей кого-то обманывать? – снова спросила Вира. – Йонос и так ее любит.

– Пери слишком деликатно выразилась, – сказал Доктор. – Рани не любит несчастного Йоноса. Вернее сказать – счастливого Йоноса. – Он поежился. – Можешь себе представить, каково это – быть связанным до конца жизни с этой женщиной? Он прямо-таки увернулся от смертельного выстрела, если, конечно, мы сможем вовремя прийти в церковь и спасти его от безвременной кончины. Скажи мне, что ты по этому поводу думаешь?

Я не сразу осознала смену темы разговора, и отвела взгляд от потрясенной Виры. Наклонилась поближе и попыталась понять, о чем спрашивает Доктор.

– Мог бы быть помягче с ней, – прошептала я.

– Я сказал ей правду, – даже не пытаясь говорить тихо, ответил Доктор.

– Мы не можем знать, ждет ли его безвременная кончина.

– Нет, но скорее всего. Не забывай, с кем мы имеем дело.

Доктор продолжал изображать жизнерадостность, но я снова увидела в его глазах отблеск тревоги.

– Погляди, что тут у нас, – проговорил он. – Огромное количество биологической информации – целая куча. Самая настоящая куча. Нагромождение записей, генетические данные. Единственное, что я могу сказать с уверенностью, – все это котурийцы.

– Но если она его не любит, зачем ей выходить замуж за него? – простонала Вира.

Доктор раздраженно глянул на нее и снова уставился на экран.

– Вероятно, чтобы провести эксперимент с Фазированием. Однако, догадываться, что задумала Рани… Да уж, вот в этом она достигла успеха, которым могут похвастаться немногие. Поразительно, как она смогла собрать столько информации, и никто этого не заметил.

Я невидящим взглядом посмотрела на монитор.

– Потому что не собирала ее сама. Это делали птеродактили. Забирали кожу и кровь жертв, приносили ей. А потом приносили и жертв целиком.

У Доктора загорелись глаза.

– Помоги же мне, Пери, может, тебе что-то придет в голову. Никто из котурийцев даже не задумывается, что нападения птеродактилей могут быть связаны с невестой Йоноса. И с чего бы? Большая часть людей считает, что когти и зубы показывают после свадьбы. Творческий способ сбора информации, в этом ее не упрекнешь.

– Неужели? – сухо спросила я. – Последний раз мы оставили ее запертой в ее ТАРДИС, наедине с Тираннозавром Рексом. Видимо, она нашла способ скоротать время.

– Разве? – переспросил Доктор, приподняв бровь. – Допустим, да. Ну, нельзя сказать, что Рани не сумеет сделать лимонад из лимонов. Равно, как и создать эффективных, генетически измененных помощников в результате опасной встречи в доисторические времена.

Выпрямившись, он начал расхаживать по комнате.

– Рани не та, кто станет собирать информацию безо всякой тому причины. Есть какая-то цель. Мы просто должны понять ее. Она собрала здесь необработанную информацию. Но настоящая работа… идет где-то еще. Ну-ка, помоги мне.

Он начал ощупывать руками гладкую поверхность пультов и столов, всех подряд. Я тут же последовала его примеру, не очень понимая, что ищу, но спустя пару минут мои пальцы почувствовали едва ощутимый бугорок на плоской поверхности.

– Доктор?

Доктор подошел ко мне, и глаза его наполнились восхищением, когда он увидел, на что я показываю. Он круговым движением провел рукой над столом, и в металле появилось квадратное углубление. Он постучал по поверхности, и металлическая пластина отъехала в сторону, открыв небольшой ящичек.

– Вот и оно! – воскликнул Доктор, триумфально доставая из ящичка четырехгранный кристалл. – Рани, непредсказуемая в целом, предсказуема в деталях. Она обустроила эту лабораторию так же, как ту, что на ее ТАРДИС, но она слишком параноидальна, чтобы держать важную информацию вдали от себя, и записала ее на то, что всегда сможет взять. Вот тут и находятся наши ответы.

Он быстро подошел к компьютеру и вставил кристалл в проем, которого я раньше не заметила.

Вира снова шумно вздохнула:

– Бедный Йонос…

Доктор снова скривился, недовольный помехой своему блистательному расследованию, но смилостивился и оставил девушку в покое.

– Как и ожидалось, – сказал он. – Вот тут все в полном порядке. Здесь она сгруппировала генетическую информацию по полу и возрасту, а также по интервалу времени относительно периода Фазирования.

– Так ты понял, что она делает? – спросила я.

– Ни капельки, – сознался Доктор. – Но это не имеет значения. Будет безопаснее предполагать, что у нее недобрые намерения, так что нам сначала надо остановить ее, а потом задавать вопросы. Если она тебя поймала, значит, знает, что я здесь.

Я кивнула.

– Но она не знает, как ты выглядишь. Она спрашивала, не регенерировал ли ты с момента нашей последней встречи. Сам знаешь, она тогда была не в восторге от твоего внешнего вида.

Доктор усмехнулся.

– Да, она ясно дала понять это. Могла бы отнестись к этому и помягче, зная, что мы практически никак на это не влияем. С другой стороны, я думаю, что просто продолжаю развиваться.

Поглядев на свое отражение в зеркале, он уверенно кивнул.

– Как жаль, – сказала Вира. Я не была уверена, что она вообще нам это говорит. – Йонос упустит единственный шанс Фазирования ради женщины, которая его не любит.